Индустриальный мир Хельсинки, где Принц Датский превратился в хозяина компании, выпускающей резиновых уток. С редким изяществом Кяурисмяки скрещивает хрестоматийный сюжет и визуальную среду второй половины 20 века. Клавдий безропотно превращается в Клауса, а Принц Датский — в чувствительного недоросля «с сердцем теплым, как холодильник», пожирающего колбасу ломтями и ногой вру6ающего магнитофон. Борьба за власть осталась неизменной пружиной человеческих отношений с шекспировских, времен, зато в качестве предмета нежной страсти деньги вытеснили все остальное.